Державин Гавриил Романович

 

256. К графу П.И. Панину. 5 октября 1774. Страница 1

1-2-3-4

(Сиятельнейшему графу в-пр-ному и повелительному г. ген.-аншефу и трех Росс. орд. кав. П.И. Панину гв. поручика Державина рапорт).

В ордере вашего сият. г-дну ген.-майору и кав. князь П.М. Голицыну повелевать изволите, чтоб вопросить меня: «каким «образом не случился я быть при защищении поста своего в городе Саратове? какая должность там, от кого и с какою командою мне поручена была? потом, для чего и куда и за сколько времени пред злодейским на помянутый город нападением, и с каким числом команды я отлучиться принужден был?» но в оном же вашего сият. повелении признанием своим меня счастливить изволите за прогнание мое Киргиз-Кайсаков. Сколь лестно для меня сие признание, столь не чту я себя заслужившим оного, и до тех пор не желаю его, доколь на вышеизображенные вопросы не поднесу моих, достойных вашего сият. нижайших донесений; ибо за малости желать похвалы людей великих есть то же самое, что желать у них украсть оную.

Но дабы порядком очистить все сии вопросы, а паче в единое повергнуть вашего сият. воззрение существо всей моей комиссии, мою в оной должность, мой пост, мою команду, от кого я послан, и наконец достигнуть до саратовского обстоятельства, то рассудил я подробные вашему сият. присовокупить изъяснения. Надежда, что патриотический дух не поскучит трудом рассмотреть их в тонкости, отважила меня предложить такое множество бумаг1.

Главнейший предмет моей комиссии состоял в поимке Пугачева, еслиб он, по разбитии своих скопищ, бросился один укрываться у друзей своих, яко в гнезде и своем пристанище на Иргизе, Узенях, в Малыковке, в Саратове, или хотя и во всей округе здешней; все сии места мой пост и ни к которому я не привязан. Копия под № 1 подтвердит сию истину, покажет от кого я послан и сколько у меня команды2. Что ж по ней исполнено в разсуждении дел тайных во время осады Оренбурга, то все удостоено признания бывшего моего тогда главного начальника; и сие бы мне было выхвалять себя, ежели б приобщить все милостивые его мне о том ордера.

Между тем временем, как его сият. князь П.М. Голицын шествовал сделать злодею поражение под Татищевою, усердие мое заставило меня с примечанием посмотреть на Иргиз, яко на путь, ведущий к Волге, по которого жительствам легко б от Яика злодеи во внутренность здешних провинций еще тогда ж пролиться могли. Справедливость примечания оного опосле подтверждена при ордере князь Петра Михайловича письмом злодейским под № 23. Вследствие сего, как знал я, что посланные на истребление силы были не очень достаточны, то и искал я средств, чтоб без них занять сие место. Потому, приехав в Саратов, проведал я, что в оном находится баталион, три Фузелерных роты и более пяти сот разных казаков, чего и слишком на то б достаточно было. Но как сие мое мнение не было угодно его прев. астраханскому губернатору, бывшему тогда в Саратове, то донес я оное его в-прев. покойному Александру Ильичу. Он его апробовать изволил и при ордере под № 3 дал свое предложение Опекунской Конторе об отряде рот ея по требованию моему4, ибо оне были в ея команде.

Его прев. астраханский губернатор как то видно и в тайном моем наставлении, хотя также был прошен, с прописанием посылки моей вследствие именного указа, помогать мне по всем моим требованиям; однако он всегда изволил находить в том удовольствие, чтоб во всем мне отказывать. Многие его письма сие свидетельствуют; материю сию ввожу я для того, почему я, не имея команды, сделался некоторым образом диспозитором военных действий, и почему иногда кто считает у меня бытие оной, тот несправедлив поелику то со мной и часто случалося, что по моим мыслям приказывалось только некоторым отрядам занимать свои посты, и кроме того взял-было я единожды сам собою дерзновение посланною из Саратова командою предварить свободу Яика, что его прев. астраханский губернатор хотя также обращал в тщету, но одобряет сие мое усердие приложенный здесь под № 4 ордер5. Оная ж вытребованная мною саратовская команда как не допустила по письму злодейскому покушения их с Яика, так и не была без дела; ибо, имев у себя своего командира, в мае месяце воспрепятствовала злодейским Калмыкам прорваться в страну здешнюю. Сие в реляциях и к Ея И.В. донесено было; однако и на оное ваше сият. в своем месте найти изволите писанное мне от его прев. астраханскаго губернатора поношеие. Дабы не остаться ж в мыслях сих, что сия команда осталась у меня, то еще за два месяца до сокрушения Саратова возвращена она паки в оный. Только оставлено мне двадцать пять человек для караула по секретной моей комиссии колодников и для рассылок, которая была и есть ныне в Малыковке.

Теперь, проминовав довольное пространство времени, когда злодей удален был от стран сих и когда моей комиссии действовать на него далеко было в Башкирии, должен приступить я к саратовским последним обстоятельствам таким образом: когда варвар от стран Кунгура нагибался в Казань, то писано мне было под № 5, что якобы просил он своих сообщников, дабы проводить его на Иргиз6. Тут предписаны мне были паки по тайным моим средствам наблюдения. Вследствие чего, разрядив подлазчиков во все мне подозрительные места, просил его прев. ген.-майора и кав. П.Д. Мансурова, бывшего тогда на Яике, чтоб позволил он стоявшим двум стам казакам на Иргизе очистить оный, дабы открытием его обеспечить злодею надзираемые мною, чаемые его пристанища. Онъ сие соизволил, а тем более, что и ордер под № 6 поспешил, чтоб казакам с Иргиза сойти и расположиться в Сызране7. Сказав по сему повелению им пост, поехал в Саратов, чтоб обвестить и там предосторожность. В бытность мою в оном 16 июля получил Сызранской канцелярии сообщение. Там уведомлялся я, что Казань несчастлива. Взяв сие,тотчас объявил гг. саратовским начальникам и просил их уж прямо, к приятию заблаговременных мерь, приуготовить себя при времени защитить свой город и встретить храбро, чем далее, тем лучше варвара. Почему они 24 числа в Опекунской Конторе учинили собрание и в общем определении, подписавшись своими руками, заключили, чтоб к спасению гражданского и казенного имущества сделать полевое укрепление около провиантских магазеин; а прочими силами стараться встретить далее и поразить злодея. Присем, при случае приближения варвара, хотели они также разослать свои патрули, как и я из расположившихся в Сызране казаков в силе ордера под № 6 обещал с своей стороны учинить разъезды. Оное положение за справою конторскою отослал я моему главнокомандующему, как и рапорт оный, что примечаю я в Саратове разногласицу; что один по старшинству, другой по преимуществу чина военного и коменданта, каждый говорит свое; что потому потребен в Саратове единственный начальник. На сие получил я ответ под № 78. В течение сего времени поспешил мне под № 8 ордер, которым уведомлялся, что варвар Пугачев перелез у Кокшайска Волгу и бежит к стороне Курмыша9. Я тотчас понял сего злодея оборот. Уповал я, что он будет в сию область, почему тотчас поехал возвратно в село Малыковку, чтоб там сделать вовремя учрежденье, подтвердить народу в силе наставления проповедь и поставить сто человек казаков в слободе сей, дабы занять разъездами их от Сызрана до Саратова: ибо сего еще не можно было знать, на Саратов ли, Малыковку, или Сызран злодей прорежет своим стремлением.


1 К этому рапорту были приложены копии с 13-и бумаг, полученных Державиным от разных лиц. — О запросе, на который он отвечает, см. № 247.
2 См. № 9.
3 См. № 68 и Прилож. IV.
4 См. прим. 3 к № 28.
5 См. № 63.
6 См. № 120.
7 См. № 145.
8 См. № 155.
9 См. № 171.

1-2-3-4


Памятник Г.Р. Державину в Казани

Башня Сююмбике - исторический символ Казани

Ночной Оренбург




Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Державин. Сайт поэта.